В этот вечер она была идеальна. Шикарна. Нет, вы не подумайте: сегодня одежда ее была проста и незамысловата, она никак не готовилась к этой встрече. Старые потертые джинсы, белый топ на голое тело и игривое клетчатое болеро поверх... Этот вечный творческий беспорядок, который был неизменным спутником ее ежеминутных похождений, присутствовал сейчас во всем: и в глазах, и в волосах, и в одежде, и даже в мыслях(!). А когда бардак – в мыслях, разве можно что-то иное ожидать от жизни? Нет. Невозможно! Но вместе с тем этот беспорядок был идеален, он был основой ее самосуществования. Если бы не он, не было бы ее.
Шикарной. Непредсказуемой. Милой.
Выскочив из метро, она показалась ему легким бризом, доносящимся с одной из его картин. Такой нереальной была, пока смотрела сквозь него. Но, как только заметила, его обожгло дуновение ее взгляда, и одновременно прошелся мороз по коже от глубины и бездонности, притаившейся до поры до времени в этих глазах.
И так вдруг захотелось вскрикнуть: «Ах, какая женщина!..»
Вечер обещал…
С самой первой секунды она не церемонилась. Была естественна, как волна во время прибоя, которая накрывает собой берег и перекатывает камни-камушки. Наверно, также она двигала и людьми, как пешками на шахматной доске. Все в ней было убедительно. Она говорила, и нельзя было не верить ей, не слушать ее. Ее речь, как горный ручей, журчала, продвигаясь меж берегов беседы. А ему… Ему хотелось показать ей ВСЕ, узнать ЕЕ мнение, погрузиться в ЕЕ эмоции, изучить ЕЕ. Но каждая ее грань, открывавшаяся ему, сияла новым цветом, названия которому он не знал, но всегда стремился воссоздать при написании своих картин…
2009-12-10
Шикарной. Непредсказуемой. Милой.
Выскочив из метро, она показалась ему легким бризом, доносящимся с одной из его картин. Такой нереальной была, пока смотрела сквозь него. Но, как только заметила, его обожгло дуновение ее взгляда, и одновременно прошелся мороз по коже от глубины и бездонности, притаившейся до поры до времени в этих глазах.
И так вдруг захотелось вскрикнуть: «Ах, какая женщина!..»
Вечер обещал…
С самой первой секунды она не церемонилась. Была естественна, как волна во время прибоя, которая накрывает собой берег и перекатывает камни-камушки. Наверно, также она двигала и людьми, как пешками на шахматной доске. Все в ней было убедительно. Она говорила, и нельзя было не верить ей, не слушать ее. Ее речь, как горный ручей, журчала, продвигаясь меж берегов беседы. А ему… Ему хотелось показать ей ВСЕ, узнать ЕЕ мнение, погрузиться в ЕЕ эмоции, изучить ЕЕ. Но каждая ее грань, открывавшаяся ему, сияла новым цветом, названия которому он не знал, но всегда стремился воссоздать при написании своих картин…
2009-12-10
